Что мы думаем про копию?
Mar. 30th, 2018 02:56 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
green_frНедавний Artips поднимает давно интересующую меня тему. В музее заменили одну из картин на «китайскую подделку» — нашли фирму реально в Китае, специализируется на копиях картин (пишут, что во избежание обвинений в подделках, фирма слегка меняет размеры копируемых картин). Три месяца посетителям музея предлагали найти, какая картина поддельная, голосование на сайте музея.
В статье говорят, что в итоге 12% посетителей правильно угадали — сама цифра для меня не важна. Первый вопрос, сколько всего было картин в галерее (или хотя бы в той части, в которой была объявлена копия), второй — далеко не все посетители отмечались на сайте (очевидно, что ответ давали чаще те, кто был «уверен» в собственном ответе). Возникает ещё вопрос, какая часть посетителей вообще была в курсе, что там висит подделка, но в статье говорится, что во время эксперимента количество посетителей музея удвоилось (собственно, ради этого всё и затеивалось), то есть можно предположить, что рекламная кампания фокусировалась на «китайской подделке», и большинство новых посетителей пришло в музей, зная о ней.
Самое для меня здесь интересное (и совершенно непонятно, как это узнать / измерить), это насколько ощущения посетителей от музея меняется оттого, что в нём висят копии. Можно легко измерить изменение ощущения от того, что посетителям будут говорить, что в музее висят копии (даже если там будут продолжать висеть оригиналы), а вот наоборот сложнее. А меня именно это интересует, я хотел бы, чтобы в мире появлялось как можно больше музеев копий. Нижний этаж парижсого музея архитектуры, «итальянский дворик» Пушкинского музея, копии доисторических гротов — всё это прекрасно, но нужно больше. А эксперимент в Даличе «тем уже не прост, что задал этот нам вопрос и дал ответ — а вы его проверьте».
В статье говорят, что в итоге 12% посетителей правильно угадали — сама цифра для меня не важна. Первый вопрос, сколько всего было картин в галерее (или хотя бы в той части, в которой была объявлена копия), второй — далеко не все посетители отмечались на сайте (очевидно, что ответ давали чаще те, кто был «уверен» в собственном ответе). Возникает ещё вопрос, какая часть посетителей вообще была в курсе, что там висит подделка, но в статье говорится, что во время эксперимента количество посетителей музея удвоилось (собственно, ради этого всё и затеивалось), то есть можно предположить, что рекламная кампания фокусировалась на «китайской подделке», и большинство новых посетителей пришло в музей, зная о ней.
Самое для меня здесь интересное (и совершенно непонятно, как это узнать / измерить), это насколько ощущения посетителей от музея меняется оттого, что в нём висят копии. Можно легко измерить изменение ощущения от того, что посетителям будут говорить, что в музее висят копии (даже если там будут продолжать висеть оригиналы), а вот наоборот сложнее. А меня именно это интересует, я хотел бы, чтобы в мире появлялось как можно больше музеев копий. Нижний этаж парижсого музея архитектуры, «итальянский дворик» Пушкинского музея, копии доисторических гротов — всё это прекрасно, но нужно больше. А эксперимент в Даличе «тем уже не прост, что задал этот нам вопрос и дал ответ — а вы его проверьте».
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2018-03-30 04:14 pm (UTC)По зрелом размышлении я решил, что Мона Лиза Да Винчи из Лувра обладает качествами, которые мне желательны. Купить ее, разумеется, нельзя; да у меня и нет желания покупать. Однако она здесь. В этом доме. Я позволил Франции получить прекрасную копию, в которой мои эксперты в совершенстве воспроизвели даже микроскопические трещины в краске. Только теперь это начинают подозревать. Но уверенными никогда не будут – и это забавляет меня больше, чем если бы они знали точно.