![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Лекция 1935 года — «Большой день» Владимира Киршона. Квест с Пастернаком оказался детским лепетом по сравнению с задачей найти эту всеми забытую пьесу. В конце концов нашёл в платной подписке bookmates, но к тому времени уже понял, что читать её совершенно не обязательно. Единственное, из-за чего эту пьесу хоть кто-то помнит — это из-за песни «Я спросил у ясеня» (подавляющее большинство читающих эти строки, я так подозреваю, в этот момент воскликнуло «так вот откуда эта песня!» — люди с лучшей памятью, впрочем, могут впомнить «Иронию судьбы», перепевшую песню 40 лет спустя).
Быков рассказывает прекрасную историю, почему пьеса не получила должного успеха. Поставлена она в 1936 году, успех. Но уже в 1937 году автора арестовали, в 1938 расстреляли, а в 1939 году подписали с Германией пакт о ненападении, сведя на нет всю интригу пьесы (о том, как советские лётчики готовятся к войне с фашистами). Вот уж действительно, wrong man at the wrong time.
Собственно, лекция Быкова не столько о пьесе, сколько о реакции на репрессии. По его рассказу, Киршон выходит не самым симпатичным человеком, и когда его арестовывают, многие искренне радуются. Не осозновая, что это тот же сценарий, что описывала Гиппиус, когда власть сначала расстреливает кого-то совсем уж одиозного «своего», чтобы затем расстрелять всех остальных. Сложно, наверное, не злорадствовать, видя, как один твой враг пожирает другого...
Лекция 1936 года «Белеет парус одинокий» Валентина Катаева. Отлично написанная, захватывающая детская книга! Пусть и с (хорошо видными сейчас) про-коммунистическими передёргиваниями: автор описывает историю башни Ковалевского с таким пафосом, что просто невозможно поверить. И действительно, проверяешь — а там всё выдумано (вот здесь есть цитата из книги и краткий пересказ реальных фактов).
Быков пишет, что в это время стало откровенно опасно писать о современности. Выходов нашлось сразу два: писать исторические романы и писать детскую литературу. Катаев в «Парусе» объединяет оба этих жанра — роман об одесских детях 1905 года. По обилию живых деталей становится понятно, что это если и не автобиографический роман, то как минимум роман из его детства, о том, что он реально видел.
Снова наткнулся на сложную для меня тему. Автор с восхищением описывает детей, помогающих беглому матросу. И в то же время возмущается жестокостью полиции, которая не принимает во внимание, что это — дети. У меня в голове возникает противоречие, примерно как было при чтении книг об освобождении Парижа, да или что угодно про партизан. Имеем ли мы право возмущаться, когда враг начинает расстреливать машины Красного Креста, если ровно в таких же машинах мы перевозим оружие?
С детьми в книге очень хорошо описывается опасность «попасть в дурную компанию» — главный герой начинает играть с симпатичным вроде другом в азартные игры. Он проигрывает, делает кучу долгов, пытаясь отыграться. И, в конце концов, вынужден участвовать в сомнительных махинациях друга, чтобы искупить свой долг (я не преувеличиваю сомнительность — они переносят по городу взрывчатку). Очень правильно показан риск, проблема лишь в том, что «дурная компания» в книге считается «хорошей» — это не просто террористы, это наши, правильные террористы. Весь педагогический момент насмарку.
( Read more... )
Быков рассказывает прекрасную историю, почему пьеса не получила должного успеха. Поставлена она в 1936 году, успех. Но уже в 1937 году автора арестовали, в 1938 расстреляли, а в 1939 году подписали с Германией пакт о ненападении, сведя на нет всю интригу пьесы (о том, как советские лётчики готовятся к войне с фашистами). Вот уж действительно, wrong man at the wrong time.
Собственно, лекция Быкова не столько о пьесе, сколько о реакции на репрессии. По его рассказу, Киршон выходит не самым симпатичным человеком, и когда его арестовывают, многие искренне радуются. Не осозновая, что это тот же сценарий, что описывала Гиппиус, когда власть сначала расстреливает кого-то совсем уж одиозного «своего», чтобы затем расстрелять всех остальных. Сложно, наверное, не злорадствовать, видя, как один твой враг пожирает другого...
Лекция 1936 года «Белеет парус одинокий» Валентина Катаева. Отлично написанная, захватывающая детская книга! Пусть и с (хорошо видными сейчас) про-коммунистическими передёргиваниями: автор описывает историю башни Ковалевского с таким пафосом, что просто невозможно поверить. И действительно, проверяешь — а там всё выдумано (вот здесь есть цитата из книги и краткий пересказ реальных фактов).
Быков пишет, что в это время стало откровенно опасно писать о современности. Выходов нашлось сразу два: писать исторические романы и писать детскую литературу. Катаев в «Парусе» объединяет оба этих жанра — роман об одесских детях 1905 года. По обилию живых деталей становится понятно, что это если и не автобиографический роман, то как минимум роман из его детства, о том, что он реально видел.
Снова наткнулся на сложную для меня тему. Автор с восхищением описывает детей, помогающих беглому матросу. И в то же время возмущается жестокостью полиции, которая не принимает во внимание, что это — дети. У меня в голове возникает противоречие, примерно как было при чтении книг об освобождении Парижа, да или что угодно про партизан. Имеем ли мы право возмущаться, когда враг начинает расстреливать машины Красного Креста, если ровно в таких же машинах мы перевозим оружие?
С детьми в книге очень хорошо описывается опасность «попасть в дурную компанию» — главный герой начинает играть с симпатичным вроде другом в азартные игры. Он проигрывает, делает кучу долгов, пытаясь отыграться. И, в конце концов, вынужден участвовать в сомнительных махинациях друга, чтобы искупить свой долг (я не преувеличиваю сомнительность — они переносят по городу взрывчатку). Очень правильно показан риск, проблема лишь в том, что «дурная компания» в книге считается «хорошей» — это не просто террористы, это наши, правильные террористы. Весь педагогический момент насмарку.
( Read more... )
