«Где вы были 8 лет назад?»
Mar. 1st, 2022 09:42 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
green_frПрочитал вчера ленту. Меня начинает постепенно отпускать, до этого я даже думать не мог о том, чтобы читать ленту или новости. В ленте в нескольких местах встретил старого друга С., который буквально на каждый пост в поддержку Украины отвечает — где же была ваша поддержка 8 лет назад, когда бомбили Донецк? А куча других друзей пытается проводить аналогии с Югославией, с Ливией, с Афганистаном, или что там у нас ещё бомбили. И вопрос всегда тот же: что это вы сейчас так встрепенулись и делаете вид, что вы за мир во всём мире? Когда на самом деле, если бы мир вас интересовал, вы бы и тогда пририсовывали бы себе флажочки на аватарки. А раз тогда не пририсовывали — чего уж сейчас лицемерить?
Очень легко отмахнуться «ой, да это бот-идиот, что с ним разговаривать» — проблема в том, что я знаю этих людей. Мой друг С. — не бот, и не идиот. Спрятаться не удаётся. Что же я думаю по этому поводу?
Во-первых, Югославия-Ливия-Афганистан — да, конечно, я осознаю, что мне пофиг. Ну, то есть нет, абстрактно мне не пофиг. Я вообще за всё хорошее и против всего плохого. Но на митинги по поводу войны там я действительно не выходил. И мне даже не сильно интересны разговоры о том, как война в этих странах влияет на мою жизнь — где разрушили государство, и теперь оттуда идут наркотики на всю планету; где разрушили какие-то принципы международных отношений, и теперь все идиоты мира считают себя вправе повторить. Можно долго говорить, но мне не интересно. Может быть, я не прав — готов признать, что угодно, лишь бы перейти к другой теме. Своя рубаха ближе.
При этом, ответы в духе «да кто ты такой, чтобы указывать мне?» мне тоже не нравятся. Я очень люблю «Армен и Фёдор», но я совершенно не согласен с его текстом о «праве на молчание». То есть да, право на молчание у нас есть у всех, причём по любому поводу. Но точно так же у наших друзей (у его слушателей) есть право считать нас мудаками (или наоборот, героями), если мы не выскажемся по важному для них поводу.
Я тут как раз на днях чуть не разругался с подругой, которая возмущалась, что какого-то российского дирижёра в Европе поставили перед необходимостью публично высказаться по поводу войны России с Украиной. Ах, где же ваша хвалёная демократия и свобода совести? Ну да, свобода есть, в том смысле, что никто не может заставить человека поддерживать ту или иную сторону в войне. Но люди точно так же могут не захотеть идти на концерт дирижёра, который поддерживает «не ту» сторону, или отказывается поддержать «ту». Более того, люди могут не захотеть ходить в театры, где дирижёрам задают такие вопросы. Вот это и есть свобода — каждый имеет право посмотреть на окружающих и понять, что он по их поводу думает. И ответ или отсутствие ответа того же Армена Захаряна может как привлечь новых слушателей, так и отпугнуть уже имеющихся.
То есть, вопрос мне не нравится, но при этом и ответ «иди в задницу» мне тоже не подходит.
На самом деле, я воспринимаю этот вопрос не столько как личный упрёк или наезд. Я вижу в нём крик отчаяния — почему нас так не жалеют, как этих? То есть даже не важно сходство ситуаций — тут бомбят и там бомбили. Ровно то же самое я видел в момент терактов во Франции, когда все были je suis Charlie — точно так же люди возмущались: почему никто не был je suis Donbass? Мне кажется, это просто ощущение нехватки эмпатии со стороны окружающих.
Когда несколько лет назад в ЦАР было очередное обострение гражданской войны (что? вы не слышали о войне в ЦАР? и у вас даже нет их флага на аватарке? и у них реально есть флаг?), коллега оттуда практически перестала разговаривать с окружающими. Не потому, что поругалась. Потому что её мир ну вот никак не пересекался с миром окружающих. Которым не то, чтобы пофиг, они просто не в курсе, да и не желают быть в курсе. Вот это я называю отсутствием эмпатии — наверное, корректнее называть отсутствием поддержки, или хотя бы интереса.
Сейчас я то же самое слышу от российских друзей. И только после этого увидел, наконец, во всех этих историях какой-то общий шаблон: слабый против сильного. Когда ты слабый, и тебя обижает сильный, тебе очень хочется, чтобы тебя если не защитили, то хотя бы пожалели. И наступает отчаяние, когда не жалеют. Особенно, если при этом жалеют кого-то другого.
При этом слабым может быть, кто угодно: Донецк слабее Украины, Украина слабее России, Россия слабее США, США слабее Чака Норриса. Донецк кричал «защитите нас от Украины» (я в курсе, что не весь Донецк кричал, я сейчас говорю о том Донецке, который кричал) — и его не слышали. Украина кричит «защитите нас от России» — и её слышат. Россия кричит «защитите нас от США / НАТО» — её снова не слышат. Собственно, тут некоторые мои российские друзья и восклицают: ну так и что нам в этом случае делать? Нас гнобят, мы требуем прекратить, а они продолжают! Вот мы и вынуждены [дальше я, пожалуй, не буду пересказывать].
И здесь у меня снова появляется вопрос: действительно, что делать, если ты слабый, тебя обижают (или пускай тебе кажется, что тебя обижают — здесь это не так уж и важно), а всем пофиг. Сам победить силой ты не можешь, а помощи нет. Что, остаётся только партизанщина / терроризм / гибридная война / война одним словом? Наверное, нет. Мне кажется, что можно попытаться найти союзников. То, что прекрасно сделала сейчас Украина. Россия хочет на нас напасть? У нас нет армии и оружия, чтобы защититься? Отлично — ищем союзников, готовых нам помочь.
Перенесём это же на Россию. США хочет напасть на нас (в данном случае «напасть» не в военном смысле, а в политическом — якобы Россию постепенно выдавливали из всего)? Мы не можем защититься? Отлично — ищем союзников, разделяющих наши принципы. Найдём — будем противостоять вместе. Не найдём — задумаемся, насколько наши принципы верны, если под ними никто вообще не готов подписаться, кроме нас самих. Либо буем ждать, пока не вырастем настолько, что сможем противостоять в одиночку.
Ну а вместо этого мы почему-то пошли по пути эмоций. Ах так? Вы не поддерживаете нас? Ну тогда мы покажем вам кузькину мать!
И именно поэтому я и зацепился за те же вопросы друга С. Потому что да, ему обидно, когда Украину поддерживают больше, чем поддерживали Донецк. Ну так кто в этом виноват? Украина, которая смогла показать себя белой и пушистой, такой, что её поддержали? Или Донецк, который этого не сделал? А то, что люди — бесчувственные, и реагируют только на то, что сами знают, или что им показали по ТВ — ну так тоже мне открытие.
А ответы на этот вопрос моего друга С. совсем неприятные. Люди вообще не пытаются понять, что происходит. Все крутят у виска и рекомендуют ему чемодан-вокзал-Путин. Спасибо, друзья, вы тоже очень сильно помогаете. Впрочем, я сам начинал этот пост с того, что лично мне пофиг на войну в Югославии — как я могу ждать, что кому-то не пофиг на то, что важно для меня?
Друзей вот только жалко. Потому что именно так я и представляю себе «пост-травматический синдром» — людям в какой-то момент (бомбардировка Донецка ли, Киева ли) было очень страшно. Что-то внутри у них реально порвалось. И этот шрам у них остался. И у тех, кто кричит «гады, где вы были 8 лет назад?», и у тех, кто посылает их в задницу со столь несвоевременными вопросами. Наверное, толковые психотерапевты могли бы что-то сделать. Потому что жить с этим шрамом на сердце, конечно же, очень тяжело.
Друзья, это не пост о необходимости поддержки Украины (об этом я уже писал). И это не пост о том, кто виноват в обстрелах Донецка (об этом я ещё напишу). Это пост о том, как совмещать «своя рубаха ближе к телу» с желанием мировой справедливости. Абстрактно очень сложно. А на деле нужно просто прислушиваться к тому, что говорят наши друзья. Когда им больно. Ну и о том, что нужно говорить, когда тебе больно — сами люди могут и не догадаться.
Хотел было закончить как обычно, что люди всё равно читают жопой, и сейчас меня назовут и прокремлёвским империалистом, и украинским националистом. А потом подумал, что в качестве позитивчика запишу-ка я историю, как мой друг Л. внезапно позвонил мне году в 2014 и спросил: а что, правда у вас есть такая вот сильная эмоциональная привязка к этому вашему Донбассу? Блин, я как-то не осознавал! А то я вижу, как такой-то или такая-то реагируют, и не могу понять — они совсем, что ли, неадекватные?
Есть, конечно. И да, вот эти призывы «сжечь дотла» и «оттуда уже все нормальные люди уехали, осталось одно быдло» — это тоже соль, на ту самую рану, на том самом сердце. Спасибо, что спросил.
Лично я никогда особенно не любил Донецк, но хочу я этого или нет — это кусочек меня. И когда Зеленский в своём предвоенном обращении к русским вдруг упомянул «Артёма», у меня реально слёзы из глаз брызнули. Сестричка-ехидна, правда, сказала, что на словах «парк Щербакова» слёзы у меня должны были немедленно высохнуть (меня там по пути в школу как-то избили и сбросили в воду).
Но нет, сколько бы неприятностей ни доставляла бы тебе твоя больная рука, когда её будут отрезать — будет ещё хуже.
Очень легко отмахнуться «ой, да это бот-идиот, что с ним разговаривать» — проблема в том, что я знаю этих людей. Мой друг С. — не бот, и не идиот. Спрятаться не удаётся. Что же я думаю по этому поводу?
Во-первых, Югославия-Ливия-Афганистан — да, конечно, я осознаю, что мне пофиг. Ну, то есть нет, абстрактно мне не пофиг. Я вообще за всё хорошее и против всего плохого. Но на митинги по поводу войны там я действительно не выходил. И мне даже не сильно интересны разговоры о том, как война в этих странах влияет на мою жизнь — где разрушили государство, и теперь оттуда идут наркотики на всю планету; где разрушили какие-то принципы международных отношений, и теперь все идиоты мира считают себя вправе повторить. Можно долго говорить, но мне не интересно. Может быть, я не прав — готов признать, что угодно, лишь бы перейти к другой теме. Своя рубаха ближе.
При этом, ответы в духе «да кто ты такой, чтобы указывать мне?» мне тоже не нравятся. Я очень люблю «Армен и Фёдор», но я совершенно не согласен с его текстом о «праве на молчание». То есть да, право на молчание у нас есть у всех, причём по любому поводу. Но точно так же у наших друзей (у его слушателей) есть право считать нас мудаками (или наоборот, героями), если мы не выскажемся по важному для них поводу.
Я тут как раз на днях чуть не разругался с подругой, которая возмущалась, что какого-то российского дирижёра в Европе поставили перед необходимостью публично высказаться по поводу войны России с Украиной. Ах, где же ваша хвалёная демократия и свобода совести? Ну да, свобода есть, в том смысле, что никто не может заставить человека поддерживать ту или иную сторону в войне. Но люди точно так же могут не захотеть идти на концерт дирижёра, который поддерживает «не ту» сторону, или отказывается поддержать «ту». Более того, люди могут не захотеть ходить в театры, где дирижёрам задают такие вопросы. Вот это и есть свобода — каждый имеет право посмотреть на окружающих и понять, что он по их поводу думает. И ответ или отсутствие ответа того же Армена Захаряна может как привлечь новых слушателей, так и отпугнуть уже имеющихся.
То есть, вопрос мне не нравится, но при этом и ответ «иди в задницу» мне тоже не подходит.
На самом деле, я воспринимаю этот вопрос не столько как личный упрёк или наезд. Я вижу в нём крик отчаяния — почему нас так не жалеют, как этих? То есть даже не важно сходство ситуаций — тут бомбят и там бомбили. Ровно то же самое я видел в момент терактов во Франции, когда все были je suis Charlie — точно так же люди возмущались: почему никто не был je suis Donbass? Мне кажется, это просто ощущение нехватки эмпатии со стороны окружающих.
Когда несколько лет назад в ЦАР было очередное обострение гражданской войны (что? вы не слышали о войне в ЦАР? и у вас даже нет их флага на аватарке? и у них реально есть флаг?), коллега оттуда практически перестала разговаривать с окружающими. Не потому, что поругалась. Потому что её мир ну вот никак не пересекался с миром окружающих. Которым не то, чтобы пофиг, они просто не в курсе, да и не желают быть в курсе. Вот это я называю отсутствием эмпатии — наверное, корректнее называть отсутствием поддержки, или хотя бы интереса.
Сейчас я то же самое слышу от российских друзей. И только после этого увидел, наконец, во всех этих историях какой-то общий шаблон: слабый против сильного. Когда ты слабый, и тебя обижает сильный, тебе очень хочется, чтобы тебя если не защитили, то хотя бы пожалели. И наступает отчаяние, когда не жалеют. Особенно, если при этом жалеют кого-то другого.
При этом слабым может быть, кто угодно: Донецк слабее Украины, Украина слабее России, Россия слабее США, США слабее Чака Норриса. Донецк кричал «защитите нас от Украины» (я в курсе, что не весь Донецк кричал, я сейчас говорю о том Донецке, который кричал) — и его не слышали. Украина кричит «защитите нас от России» — и её слышат. Россия кричит «защитите нас от США / НАТО» — её снова не слышат. Собственно, тут некоторые мои российские друзья и восклицают: ну так и что нам в этом случае делать? Нас гнобят, мы требуем прекратить, а они продолжают! Вот мы и вынуждены [дальше я, пожалуй, не буду пересказывать].
И здесь у меня снова появляется вопрос: действительно, что делать, если ты слабый, тебя обижают (или пускай тебе кажется, что тебя обижают — здесь это не так уж и важно), а всем пофиг. Сам победить силой ты не можешь, а помощи нет. Что, остаётся только партизанщина / терроризм / гибридная война / война одним словом? Наверное, нет. Мне кажется, что можно попытаться найти союзников. То, что прекрасно сделала сейчас Украина. Россия хочет на нас напасть? У нас нет армии и оружия, чтобы защититься? Отлично — ищем союзников, готовых нам помочь.
Перенесём это же на Россию. США хочет напасть на нас (в данном случае «напасть» не в военном смысле, а в политическом — якобы Россию постепенно выдавливали из всего)? Мы не можем защититься? Отлично — ищем союзников, разделяющих наши принципы. Найдём — будем противостоять вместе. Не найдём — задумаемся, насколько наши принципы верны, если под ними никто вообще не готов подписаться, кроме нас самих. Либо буем ждать, пока не вырастем настолько, что сможем противостоять в одиночку.
Ну а вместо этого мы почему-то пошли по пути эмоций. Ах так? Вы не поддерживаете нас? Ну тогда мы покажем вам кузькину мать!
И именно поэтому я и зацепился за те же вопросы друга С. Потому что да, ему обидно, когда Украину поддерживают больше, чем поддерживали Донецк. Ну так кто в этом виноват? Украина, которая смогла показать себя белой и пушистой, такой, что её поддержали? Или Донецк, который этого не сделал? А то, что люди — бесчувственные, и реагируют только на то, что сами знают, или что им показали по ТВ — ну так тоже мне открытие.
А ответы на этот вопрос моего друга С. совсем неприятные. Люди вообще не пытаются понять, что происходит. Все крутят у виска и рекомендуют ему чемодан-вокзал-Путин. Спасибо, друзья, вы тоже очень сильно помогаете. Впрочем, я сам начинал этот пост с того, что лично мне пофиг на войну в Югославии — как я могу ждать, что кому-то не пофиг на то, что важно для меня?
Друзей вот только жалко. Потому что именно так я и представляю себе «пост-травматический синдром» — людям в какой-то момент (бомбардировка Донецка ли, Киева ли) было очень страшно. Что-то внутри у них реально порвалось. И этот шрам у них остался. И у тех, кто кричит «гады, где вы были 8 лет назад?», и у тех, кто посылает их в задницу со столь несвоевременными вопросами. Наверное, толковые психотерапевты могли бы что-то сделать. Потому что жить с этим шрамом на сердце, конечно же, очень тяжело.
Друзья, это не пост о необходимости поддержки Украины (об этом я уже писал). И это не пост о том, кто виноват в обстрелах Донецка (об этом я ещё напишу). Это пост о том, как совмещать «своя рубаха ближе к телу» с желанием мировой справедливости. Абстрактно очень сложно. А на деле нужно просто прислушиваться к тому, что говорят наши друзья. Когда им больно. Ну и о том, что нужно говорить, когда тебе больно — сами люди могут и не догадаться.
Хотел было закончить как обычно, что люди всё равно читают жопой, и сейчас меня назовут и прокремлёвским империалистом, и украинским националистом. А потом подумал, что в качестве позитивчика запишу-ка я историю, как мой друг Л. внезапно позвонил мне году в 2014 и спросил: а что, правда у вас есть такая вот сильная эмоциональная привязка к этому вашему Донбассу? Блин, я как-то не осознавал! А то я вижу, как такой-то или такая-то реагируют, и не могу понять — они совсем, что ли, неадекватные?
Есть, конечно. И да, вот эти призывы «сжечь дотла» и «оттуда уже все нормальные люди уехали, осталось одно быдло» — это тоже соль, на ту самую рану, на том самом сердце. Спасибо, что спросил.
Лично я никогда особенно не любил Донецк, но хочу я этого или нет — это кусочек меня. И когда Зеленский в своём предвоенном обращении к русским вдруг упомянул «Артёма», у меня реально слёзы из глаз брызнули. Сестричка-ехидна, правда, сказала, что на словах «парк Щербакова» слёзы у меня должны были немедленно высохнуть (меня там по пути в школу как-то избили и сбросили в воду).
Но нет, сколько бы неприятностей ни доставляла бы тебе твоя больная рука, когда её будут отрезать — будет ещё хуже.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2022-03-01 09:14 am (UTC)no subject
Date: 2022-03-01 09:24 am (UTC)Это я не к тому, чтоб убивать, кивая на прецеденты. Это я к тому, что честным будет те прецеденты теми же именами называть.
no subject
Date: 2022-03-01 09:56 am (UTC)По Лисичанску сейчас война, выходит в третий раз прошлась. Хотя я его совсем плохо помню, конечно. Хорошо бы, чтоб по Киеву не прошлась. Но шансы все хуже.
Насчет союзников — Ну Россия тоже себе нашла. Точнее это Китай себе нашел мальчика-шестерку в виде России. Боюсь, что когда пыль осядет, мы увидим однополярный мир, но с новым полюсом.
no subject
Date: 2022-03-01 10:18 am (UTC)no subject
Date: 2022-03-01 10:19 am (UTC)no subject
Date: 2022-03-01 10:33 am (UTC)no subject
Date: 2022-03-01 10:49 am (UTC)no subject
Date: 2022-03-01 10:50 am (UTC)no subject
Date: 2022-03-01 11:03 am (UTC)no subject
Date: 2022-03-01 11:05 am (UTC)no subject
Date: 2022-03-01 11:09 am (UTC)Спасибо за пост. Я с 14го пыталась говорить о боли и о войне, но все очень нежно отводили взгляды. Помню лагерь в 2016ом у Иры, когда была ролевая войнушка, я не то, что играть, рядом быть не смогла.
Собственно, эта боль-одна из причин нашего отъезда. Надо признать, вовремя.
И никакими причинами я не могу оправдать войну в нашем мире, нигде. Мне больно всегда.
no subject
Date: 2022-03-01 11:41 am (UTC)no subject
Date: 2022-03-01 12:18 pm (UTC)no subject
Date: 2022-03-01 12:42 pm (UTC)С нападением на Украину в 2022 году уже очевидно, что эта проблема не решится никак. А в перспективе может потянуть за собой атомную третью мировую.
А люди, которые бесконечно повторяют про 8 лет из чужих методичек не хотят думать и анализировать.
no subject
Date: 2022-03-01 12:51 pm (UTC)А многие из тех; (а может быть и почти все, я ж не знаю), кто пишет "где ж вы были все эти 8 лет" - тоже так же переживали о ситуации в Донецке все эти годы, чем-то помогали беженцам оттуда, и т.п.
no subject
Date: 2022-03-01 12:55 pm (UTC)Без доступа к тому, что копировать, их экономика долго развиваться не сможет.
no subject
Date: 2022-03-01 01:06 pm (UTC)no subject
Date: 2022-03-01 01:11 pm (UTC)no subject
Date: 2022-03-01 01:12 pm (UTC)no subject
Date: 2022-03-01 01:12 pm (UTC)во-вторых, они не смогли придумать, как его использовать. И вот все у них так.
Я ж не зря написал "изобретатели-технологи". Просто изобретатели у них есть. Наверное.
no subject
Date: 2022-03-01 01:19 pm (UTC)no subject
Date: 2022-03-01 01:37 pm (UTC)no subject
Date: 2022-03-01 01:46 pm (UTC)И еще куча разных "мелочей", которые я уже забыл. В Ренессанс уже изобрели печатный станок и телескоп — но не на пустом же месте.
no subject
Date: 2022-03-01 02:00 pm (UTC)Всегда была уверенность, что этот чирь пестуется любовно и нарыв прорвет в той или иной форме.
no subject
Date: 2022-03-01 02:20 pm (UTC)